Кто больше пострадает от санкций? Теннису и хоккею хоть бы хны, лыжи и баскетбол в группе риска

Пробуем спрогнозировать: для каких видов спорта в России нынешние санкции могут стать по-настоящему смертельными.

Нейтральный рай

Легче всего там, где нашим до сих пор разрешено выступать в нейтральном статусе. Правда, таких «райских мест» осталось немного: смешанные единоборства, бокс, теннис, автогонки, шахматы, велошоссе – вот, пожалуй, и все. Причем и здесь бывают отдельные ЧП — вроде недавнего запрета на участие в Уимблдоне для Даниила Медведева и других российских теннисистов. Плюс нашим «нейтралам» наглухо закрыт доступ на командные турниры национальных сборных, но в данном случае это не смертельно. В перечисленных видах доля таких соревнований либо невелика, либо равна нулю.

Основным источником дохода тут являются личные профессиональные турниры и поединки, где национальная принадлежность спортсменов вторична – публику и спонсоров привлекает их индивидуальное мастерство. Поэтому теннисисты с боксерами продолжают зашибать деньгу, как в мирное время, и за их будущее можно особо не беспокоиться.

Вот два главных неудобства от санкций: во-первых, потеря заработка, и, во-вторых, утрата соревновательной практики топ-уровня, невозможность конкурировать с мировой элитой. Причем второе часто связано с первым – ведь больше всего призовых бывает там, где выступают сильнейшие.

Даниил Медведев не сможет пополнить рейтинг на Уимблдоне, так как дорога в Лондон ему теперь заказана. Фото: globallookpress

Дотерпеть до Парижа-2024

Возьмем, к примеру, плавание. Казалось бы, в чем проблема? Бассейн везде бассейн, а секундомер везде секундомер – как и рекорд на нем, если таковой зафиксирован. Сравнивать свои результаты с лучшими зарубежными образцами здесь вполне можно и на внутренних турнирах.

Но вопрос в другом: ради чего теперь пловцам перепахивать водные километры на тренировках, изнемогая в борьбе за каждую сброшенную с результата десятую? Как-то не верится, что в «новой реальности» наше государство станет раздавать спортсменам дорогие иномарки за победы не на Олимпиаде, а на чемпионате страны. Ну, или на полумеждународных соревнованиях, слепленных «из того, что было» — белорусских братьев по несчастью да резервистов из стран вроде Китая, нейтрально оценивающих украинские события.

Можно, конечно, разок поднатужиться и заманить к нам на коммерческий турнир пару серьезных звезд. Но те все равно приедут не в оптимальной форме, делая ставку на другие, главные турниры. Тут сколько денег не насыпь, обманками типа Игр доброй воли Олимпийских игр не заменишь.

Так что делать нечего: надо сидеть взаперти и молиться на скорое окончание санкций. Хорошо хоть в плавании уровень сборной у нас достаточно высок и есть сильная «школа» — этот фактор тоже крайне важен в смысле стойкости. Но на сколько хватит терпения у российских пловцов? Год? Два? Вряд ли больше, ведь в 2024-м будет новая Олимпиада, а ждать до следующей целых шесть лет точно захотят не все.

Худо Большунову без Клэбо

Еще хуже тем видам, где нет единой шкалы измерения результатов. Елена Вяльбе знает о чем говорит, когда называет катастрофой гипотетический пропуск российскими лыжниками всего следующего сезона. Здесь стать классным гонщиком можно только борясь с другими классными гонщиками, причем непременно бок о бок, на одной трассе – без этого никакие тренировочные объемы-секунды не помогут и не спасут. Даже такого трудягу, как Александр Большунов, который играючи громил всех партнеров по сборной на недавнем чемпионате страны в Сыктывкаре.

Когда Большунов приезжает на ЧР весной, уже вдоволь наиздевавшись над норвежцами, то довольны все. Наши болельщики в кои-то веки видят трехкратного олимпийского чемпиона живьем, а тот в свою очередь подпитывается их любовью. Но как только эти встречи станут рутиной и лишатся фона международных побед, картина сразу потускнеет. С обеих сторон – и как зрелище, и в плане мотивации.

Нет, без Клэбо и других зарубежных титанов (кстати, ведущие лыжные страны — сплошь «недружественные») Большунов неизбежно заскучает, а потом и сдаст. Опустится до уровня тех, кого только что обгонял в Сыктывкаре на полминуты. О деньгах и говорить нечего: даже в последнем, неудачном Кубка мира-2021/22 Александр заработал 76 тысяч долларов, а год назад у него набралось больше двухсот. В пересчете на рубли это равносильно месячной зарплате в полтора миллиона.

Одна трасса на три вида спорта

Примерно та же печальная участь грозит другому «киту» спортивной зимы — биатлону. Правда, он на телевидении наверняка останется (все-таки позрелищнее) и кое-какую популярность сохранить должен, но тут другая беда: в биатлоне сборная России не столь сильна, как в лыжах, да и стрельбищ в стране куда меньше, чем гоночных трасс. Без Кубка мира наша команда может так деградировать, что ее грядущее возвращение обернется полным кошмаром – никакие вопли Губерниева не спасут. Хорошо хоть до зимних Игр не два года, а целых четыре. Больше шансов успеть прийти в себя после изоляции.

Ну, а самый «тяжелый случай» — это гонки по ледяному желобу: бобслей, сани и скелетон. У них и оборудование недешевое, и интерес невысокий (что называется, от Олимпиады до Олимпиады) – и вдобавок один нормальный трек на всю Россию, причем в теплом Сочи. Все остальные топ-трассы — это Германия, Австрия, Италия, Канада, США… Даже в латышскую Сигулду, желоб которой наши привыкли считать наполовину домашним, теперь не сунешься. В общем, жуть.

Нашим саночникам сегодня не до улыбок, как в былые годы… Фото: globallookpress

Гимнастика сухопутная, водная и ледовая

В отдельную группу стоит выделить так называемые «гимнастические» виды, к которым относится не только сама гимнастика, но и синхронное плавание, и прыжки в воду, и фигурное катание. Здесь позиции России как правило очень сильны, и какое-то время мы можем легко обходиться без международных соревнований, теряя в деньгах и титулах, но не в классе.

Однако возникает другая проблема – судейство. В этих видах результат определяют оценки арбитров, и самый звездный внутренний турнир объективной картины не даст – из-за отсутствия на нем интернациональной судейской бригады. Она не только объективнее, но и в курсе последних веяний в правилах, к которым надо оперативно приспосабливаться. Иначе прежнее могущество России на помостах, катках и в бассейнах быстро останется в прошлом.

Синхронисток с художницами, по идее, реально «законсервировать» на пару лет, а то и поболе. Они компактно сосредоточены в элитных тренерских школах (Татьяны Покровской и Ирины Винер-Усмановой соответственно), полностью зависят от госфинансирования и имеют запас преимущества над зарубежными конкурентками – даже несмотря на скандальное поражение наших художниц в олимпийском Токио. А на Западе эти виды спорта известны плохо, титулы сестер Авериных вне России мало кого интересуют.

С «фигуркой» сложнее — особенно с женской, где Россия и до санкций сталкивалась с «кризисом перепроизводства» звезд и где век спортивный век девушек предельно короток, они долго ждать не смогут. Опасность массовых окончаний карьеры и «побегов» в другие сборные здесь велика, как нигде.

Пока наши звездные фигуристки компенсируют отсутствие международных стартов участием в различных шоу. Но не рванет ли кто-нибудь в будущем за кордон? Фото: globallookpress

Хоккею повезло, что в нем нет еврокубков

Ну, и на закуску – командные игры. Они стоят особняком, так как основная «жизнь» игроков протекает не в сборных и не поодиночке, а в клубах. Там они получают зарплату и там же по большей части совершенствуют мастерство. Поэтому отстранение России от турниров национальных команд – Олимпиад, чемпионатов мира и Европы – тут неприятно, но не смертельно.

Что потерял от санкций наш хоккей? Несколько матчей Евротура да ежегодный ЧМ, уровень и престижность которых тоже не стоит преувеличивать. Лучшие хоккеисты страны продолжают забивать в НХЛ, как ни в чем ни бывало, да и внутренняя КХЛ лишилась всего-то пары клубов – рижского «Динамо» и финского «Йокерита». Только легионеров в лиге стало заметно меньше, от чего она, конечно, станет немного послабей, но опять же — не страшно. Еврокубков-то в хоккее все равно нет.

Зато они есть в остальных командных играх, начиная с футбола. О том, как опасно здесь «вариться в собственном соку» внутреннего чемпионата, говорит опыт англичан, которые в конце ХХ века были на несколько лет отлучены от европейских турниров из-за болельщиков-хулиганов и потом долго не могли вернуться на лидирующие позиции. И это родоначальники футбола с их богатейшей лигой и огромными традициями! Что же будет с нами?

«Зениты» бывают разные

С другой стороны, уровень амбиций российских футбольных клубов изначально невысок. В конце концов, так ли уж важно, каким «Зенит» финиширует в группе Лиги чемпионов: третьим за «Челси», как в декабре, никаким, как при санкциях, или последним ниже «Мальме» когда-нибудь после паузы? Все равно ведь в плей-офф его не будет. И до сих пор это не мешало футболу оставаться в стране спортом №1 – пусть львиная доля интереса к нему приходилась на «забаненную» нынче сборную.

Еще крепче почва под ногами у волейболистов: там наша лига одна из сильнейших в мире, хотя лимит легионеров в ней очень жесткий – по два на клуб. Зато это настоящие звезды, причем почти все они, несмотря на санкции, продолжают играть здесь. Включая, например, американца Мику Кристенсона — одного из лучших пасующих на планете, выступающего за казанский «Зенит».

Пожалуй, сложнее всех из «игровиков» придется баскетболу. У них и бюджеты заметно выше волейбольных, и ориентация на еврокубки очень сильна, а вот своя «школа» — напротив, не очень. Кому нужен ЦСКА без «Финала четырех» Евролиги – и без классных иностранцев, которые под эту самую Евролигу к нам шли? Кстати, шансов хорошо трудоустроиться за границей у баскетболистов тоже не густо: в НБА россиян нет уже давно, да и в Старом Свете спрос на них невелик – из-за домашней привычки к сочным контрактам.